LAT / ENG / RUS
< ПРЕДЫДУЩАЯ СТАТЬЯ / СЛЕДУЮЩАЯ СТАТЬЯ >

ВИЗМА БЕЛШЕВИЦА. «БИЛЛЕ»

Визма Белшевица (1931–2005) – хронист ХХ века. В своих проявлениях пряма и безжалостна. Как и в словах. (Так она говорила – прямо и в глаза, не думая о последствиях.) И верна силе слова.

Исторические умолчания прервал в 60-е годы возрожденный Визмой Белшевицей голос Индрика-летописца в «Записках Индрика Латыша на краях Ливонской хроники» из сборника «Годичные кольца» (1969). Позже, в цикле «Письмена времени» из сборника «Ужаленное время» (1987) вновь оживают голоса из других эпох, и, созвучные времени написания стихов, задают вопросы – говоря словами Индрика, беспощадные, «словно обоюдоострый меч» – как к власти, так и к подчиненным этой власти. Сквозь исторические аллюзии голос поэта обращен к настоящему. История становится критерием – как людской честности, так и меры предательства и компромисса.

В 90-х Белшевица пишет трилогию «Билле». Первая книга трилогии выходит в 1992 году в издательстве «Межабеле» (США), а в Латвии она публикуется только в 1995 году. Вторая часть «Билле живет дальше» появляется в 1996 году, а третья часть «Прекрасная молодость Билле» – в 1999. О причине, по которой первое издание осуществилось в латышском издательстве в США, автор говорит: «Рассказ о Билле – не автобиография в прямом смысле этого слова. Мне нужно было рассказать о том, как жили в захолустье очень бедные люди, для которых ульманисовские времена не были никаким раем. В них не наблюдалось особенного патриотизма, как и не наблюдалось особого желания влиться в Советский Союз». Тот факт, что рассказы детства не были написаны раньше, свидетельствует о том, что Белшевица не желала служить ни требованию советского времени отражать в литературе социальные контрасты городских предместий, не мифу 90-х о якобы слаженном и однородном мире 30-х годов. Жизненные процессы многообразнее, нежели рассказы о них. В посвящении в тексте первой книги автор пишет: «Книга могла бы называться и Когда бабушка была маленькой, потому что рассказана и посвящена внукам», – скрывая, впрочем, что Билле детство свое специально хранит для той поры, когда внуки станут взрослыми. И что в рассказанных историях – рассказана История.

Билле – полное ее имя Сибилла Гутмане – наблюдает, чувствует и мыслит во времени, переполненном трагическими событиями, времени тяжелом и непонятным даже для взрослых. В отличие от большинства детских образов в латышской литературе, Билле – городской ребенок, «городская белочка», как зовет ее родственница Анита. Автор бежит ностальгии по «утерянному раю» детства и в 75 основанных на личных воспоминаниях рассказах передает жизнь, как таковую – жизнь Гризинькалнса и семейства Гутманисов в конце 30-х и в 40-х годах. Билле учится в школе, живет у родственников в деревне. Вместе со сменами власти взрослеет и Билле, вместе со взрослыми ведет полуголодное существование, помогает узникам гетто, вместе с подругой при необходимости отправляется в город и меняет вещи на продукты. Мир взрослых в «Билле» жесток к детям. И детей сопровождают то слезы и невнятное чувство вины в начале, то ирония – в конце. «Билле» – это повествование о людях вне иллюзий, о мире вне обещаний изменить его, и о том, что все же есть в нем возможность сохранить честный и ясный взгляд на вещи.

Трилогия «Билле» завершает порожденную ХХ веком череду воспоминаний о детстве, развивая и, в то же время, ломая традицию, начало которой было положено «Белой книгой» Яунсудрабиньша, историями Аннеле из трилогии Бригадере «Бог, природа, труд» и в рассказами Э. Бирзниека-Упитиса. Детство Билле, как уже было сказано, не протекает в отдаленной от всего мира деревенской усадьбе начала века. Белшевица выбирает для повествования форму настоящего времени. Сама же Билле не повествователь, читатель попросту смотрит на мир глазами Билле, слышит ее мысли, время от времени фиксируя несоответствие слов и действий взрослых. Местами наблюдения Билле могут показаться наивными, ведь автор избегает характерных для взрослых людей суждений. Зато детский взгляд на происходящее позволяет читателю отличить действительное от лживого, фальшивое от подлинного.

Раймондс Бриедис

< ПРЕДЫДУЩАЯ СТАТЬЯ / СЛЕДУЮЩАЯ СТАТЬЯ >
дизайн: tundra