LAT / ENG / RUS
< ПРЕДЫДУЩАЯ СТАТЬЯ / СЛЕДУЮЩАЯ СТАТЬЯ >

ПОСТАНОВКА ПЕТЕРИСА ПЕТЕРСОНСА «ИГРАЙ, МУЗЫКАНТ!»

Спектакль Петериса Петерсонса «Играй, музыкант!» (1972) по А. Чаксу в Театре Юного зрителя, который режиссер ставил совместно со сценографом и художником по костюмам Илмарсом Блумбергсом, композитором Имантсом Калныньшем и хореографом Элгой Друлле, пользовался огромным успехом: сменялись поколения зрителей, а постановка держалась в репертуаре театра – более десяти лет подряд. Люди шли на этот спектакль по нескольку раз, и в ХХI веке он все еще считается эталоном театрального искусства Латвии.

Особое место спектакля в истории латышского театра определили несколько обстоятельств. П. Петерсонс и И. Зиедонис в сценарии использовали поэмы, стихи, прозу Александрса Чакса, а так же эпос «Осененные вечностью». О выдающемся латышском модернисте А. Чаксе в то время практически молчали – первый том его «Избранных сочинений» вышел только в 1971 году, а эпос о латышских стрелках советские цензоры внесли в список запретных книг. Таким образом, спектакль стал культурной акцией патриотического значения по реабилитации важнейших национальных ценностей. В развернутом мифе «латышского Орфея» театр закодировал прозрачные аллюзии на судьбу поэта в тоталитарном обществе, где таланту угрожает как деградирующий до уровня развращенной толпы народ, так и мистические, скрытые в самой глубине существования деструктивные силы. Свое искусство Поэту удается спасти лишь ценой собственной жизни. Тема жертвы, устремленность вглубь метафизических пластов вызвали к жизни присущие мистериям структуры; романтическая тема любви ожила в легендарных, давно ставших народными романсах «Плачет в окнах туман…» и «Меркнут липы…»; линия стрелков пробуждала патриотические чувства; знаковый для Чакса образ любимой Риги ассоциировался с образом Латвии. Спектакль организован по типу видения – в комнату Поэта (актер Имантс Скрастиньш) проникает иная, созданная его фантазией жизнь, где сладкие грезы сменяются мрачной фантасмагорией, вдохновенный подъем – гнетущей реальностью.

«Играй, музыкант!» – это вторая (средняя) часть трилогии созданного П. Петерсонсом нового театрального жанра – «театра поэзии», в котором, наряду с произнесенным со сцены словом, огромное значение имело музыкально-хореографическое и вокальное выражение. Для достижения художественной цели режиссер синтезировал разные эстетические культуры – эпический театр, элементы карнавала, балагана, а также латышских обрядовых игр. Актерский коллектив не только продемонстрировал привычное мастерство психологического театра, но и освоил совершенно новый опыт – сценический гротеск, прямое обращение к зрителю, достойный хорошего балета уровень хореографических номеров и пантомимы, высокое вокальное мастерство. Чтобы образно подчеркнуть многообразие чаксовской поэзии, режиссер использовал фантастический прием – в центр спектакля был помещен не один Поэт, но и четыре стихотворных размера его поэзии; их сыграли актеры Александрс Майзукс, Янис Витолиньш, Андрис Мекшс и Эдгарс Лиепиньш.

Силвия Радзобе

< ПРЕДЫДУЩАЯ СТАТЬЯ / СЛЕДУЮЩАЯ СТАТЬЯ >
дизайн: tundra